Бэнкман‑Фрид планирует выпустить собственный криптотокен

Бывший генеральный директор FTX Сэм Бэнкман‑Фрид рассказал сокамернику, что после освобождения планирует выпустить собственный криптотокен. По его оценке для запуска проекта потребуется от $50 млн до $100 млн. На момент разговора он отбывает два года из приговора в 25 лет.

Сокамерник Дэвид Буневац пересказал, что Бэнкман‑Фрид упоминал проект «к которому все потянутся», но отметил, что это могло быть сказано в шутку и неизвестно, возникнет ли интерес к такой инициативе. Собеседник также сообщил, что Бэнкман‑Фрид ежедневно принимает лекарства от клинической депрессии и синдрома дефицита внимания с гиперактивностью и работает над мемуарами под рабочим названием «Манфред».

Юридическое положение остаётся жёстким. Апелляционный суд 12 июня отклонил ходатайство о пересмотре приговора. 8 июня Бэнкман‑Фрид официально обратился с просьбой о президентском помиловании. Родители наняли республиканских консультантов Брайана Ланцу и Кори Лэнгхофера для лоббирования возможного помилования или сокращения срока.

По словам собеседников, сам Бэнкман‑Фрид и его близкие предпринимают шаги для досрочного освобождения или уменьшения срока.

Из тюремной жизни известны отдельные эпизоды. В 2025 году он организовал несанкционированное видеоинтервью с ведущим Такером Карлсоном и после этого ненадолго помещался в одиночную камеру. Позже сообщения от его аккаунта в соцсети X стали появляться через посредника — отца Джозефа Бэнкмана; публикации содержали протрамповские утверждения и заявления о том, что он стал жертвой «криптополитики» администрации Байдена.

Судебная переписка и контакты с семьёй привлекли внимание прокуроров: судья потребовал от матери прекратить чрезмерные звонки в кабинет, а обвинение заявило, что одно из ходатайств, якобы отправленное Бэнкман‑Фридом, было доставлено через курьерскую службу из района рядом с домом его матери.

Ранее Бэнкман‑Фрид утверждал, что на момент краха FTX платёжеспособность биржи не вызывала сомнений; по его словам, активы компании составляли $25 млрд, а обязательства — $13 млрд.

Один из участников общения передал: «Возможно, он шутил, и, вероятно, к нему никто не потянется. Но кто знает», — что отражает неопределённость вокруг намерений бывшего руководителя запустить новый криптопроект.